«Ромерия» — история о 18-тилетней сироте, которая впервые знакомится со своей родней по линии отца. Это легкий янг-эдалт на берегу моря с вайбами «Солнца моего», весьма симпатичный, но не претендующий на большее. Микс из ненадежных рассказчиков, начиная с бабушки и дедушки и заканчивая дневником матери, приоткрывает Марине, главной героине фильма, разные стороны и разные версии того, какими были ее родители. Для Марины это путь поисков себя, вынуждающий ее чувствовать себя двойственно в собственной семье — чужой для нее и в то же время ее частью. И, конечно же, история влюбленности, частично уходящей в магический реализм, куда же без этого.

У Симон получается редкая вещь: сцены шумят большим семейством, но каждое резкое движение отдаётся электрическим щелчком. Между поздравлениями и уличными танцами Марина считывает нервное мигание — слишком многие здесь помнят, как пытались замолчать историю Фона, а теперь боятся, что девочка с теми же глазами напомнит о старом стыде. Чем больше улыбок, тем явственнее чувствуется эта «наученная тревога».

Пилигрим никогда не получает окончательной святыни, он лишь меняет себя на пути. Марина, выйдя из галисийского лабиринта фамильных мифов, понимает: принадлежность — это не статичный паспорт, а процесс, в котором прошлое приходится носить, как морскую влагу на коже. Отсутствие великого финального жеста и есть ключ: некуда припасть коленями, придётся принять себя не как найденный реликварий, а как морскую ракушку, внутри которой баллада играет новыми звуками.

Фильм затрагивает и проблему ВИЧ, но как-то вскользь, не погружаясь вглубь, как делает это та же «Альфа». Да здесь, в общем-то, все на поверхности — выталкивается из глубин морской водой.

Фильм был просмотрен в рамках Каннского кинофестиваля 2025 года.