Фестивали

Каннский конкурс-2025: финальные мысли перед объявлением программы

До объявления программы Каннского кинофестиваля остаются считанные дни, но фестиваль — как всегда — начался задолго до аккредитаций, пресс-релизов и заставки с пальмовой ветвью. Что покажут в этом году? Кто вернётся? Кто останется за бортом?Некоторые фильмы уже подтверждены, другие — звучат в прогнозах настолько громко, что их отсутствие в списке будет выглядеть странно.

Простая арифметика: на основной конкурс обычно попадает 19–23 фильма. В списке претендентов — больше пятидесяти. И большинство из них — с узнаваемыми режиссёрами, большими продюсерами и готовыми релизами.

Фестивальный директор Тьерри Фремо любит играть на контрасте. В конкурсе — тонкое, политическое, сдержанное. Вне конкурса — крики, погони, Том Круз. Так что новая часть «Миссия: невыполнима» почти наверняка появится в программе — если не ради фильма, то ради шума.

Америка: интонации и возвращения

В этом году Канны ожидают громкое возвращение сразу нескольких американских режиссёров, чьи фильмы — не просто проекты, а почти гарантированные фавориты.

Джим Джармуш завершил работу над «Отец, мать, сестра, брат» — семейной комедией-драмой с Кейт Бланшетт и Адамом Драйвером. Это его первая полнометражная работа после «Мёртвые не умирают», которая в 2019 году открывала Канны. У Уэса Андерсона готова «Финикийская схема» — шпионский триллер с Бенисио дель Торо и Майклом Серой, который может стать самым «сюжетным» фильмом режиссёра за последнее десятилетие.

Линн Рэмзи — тоже постоянная участница Канн, и её «Умри, моя любовь», снятая по роману Арианы Харвиц, звучит как точечное попадание в конкурс. История разрушения в браке, психоза, боли и желания — и Дженнифер Лоуренс с Робертом Паттинсоном в главных ролях. Спайк Ли готов с «Высочайшие и низшие» — криминальной адаптацией Куросавы, с Дензелом Вашингтоном и релизом от Apple. А Келли Райхардт может порадовать Канны фильмом «Мастермайнд» — вьетнамской драмой о военном ограблении с Джошем О’Коннором и Джоном Магаро.

Есть шанс и на появление «Эддингтона» Ари Астера — чёрной комедии с Эммой Стоун и Хоакином Фениксом. Это будет третья работа Астера с A24 и, судя по всему, его самый абсурдный, сюрреалистичный проект. Плюс — режиссёрские дебюты: Кристен Стюарт с «Хронологией воды», Скарлетт Йоханссон с «Элеонор Великой», Харрис Дикинсон с «Урчином». Среди продюсеров и продавцов — Mubi, A24, Neon и Amblin. Всё звучит громко. Всё — как будто сразу для Канн.

Франция: разнообразие без одного лидера

Французские режиссёры в этом году не представлены единым фронтом, но плотность — по-прежнему впечатляющая. Джулия Дюкурно готова с «Альфой» — фильмом о телесной трансформации, продолжающим тему «Титана». В главных ролях — Тахар Рахим и Гольшифте Фарахани. Ребекка Злотовски сняла «Личную жизнь» с Джоди Фостер, Даниэлем Отойем и Виржини Эфира. Арно Дезплешен завершил «Одно дело» — драму о пианисте, Кампийо снял «Энцо» в память о Лоране Канте, а Доминик Молль возвращается с полицейским триллером «Дело 137».

Элис Винокур собрала каст (Анджелина Джоли, Луи Гаррель, Элла Румпф) для фильма «Кутюрье», действие которого разворачивается в мире высокой моды. Есть и дебюты: «Погружённая» Луизы Эмон, «Последний» Хафсии Херзи, «Девочка, которая исчезла» Камий Понсен. Это не звёзды, но именно такие фильмы часто становятся открытием. Не исключено и возвращение Кантемира Балагова — с новым проектом, пока без названия.

Центральная и Восточная Европа: травма и память

Канны всегда были площадкой для восточноевропейского кино — и в 2025-м этот сегмент может стать особенно важным. Ласло Немеш представит «Сироту» — историю семьи после венгерского восстания 1956 года. Ильдико Эньеди сняла «Безмолвного друга», где главные роли играют Лея Сейду и Тони Люн. Сергей Лозница готовит «Двух прокуроров» — фильм о сталинских репрессиях 1937 года. А Кирилл Серебренников возвращается с «Исчезновением Йозефа Менгеле», отснятым ещё в 2023-м.

От Украины ожидается «Интерес Адама» Лауры Вандель — фильм о хрупкости социальной системы. Германия может впервые привезти в Канны Кристиана Петцольда с «Зеркалами №3». Австрийский режиссёр Маркус Шляйнцер снял историческую драму «Роза» с Сандрой Хюллер — действие разворачивается после Тридцатилетней войны.

Италия, Испания, Латинская Америка: осколки прошлого

Пьетро Марчелло готовит байопик «Дузе» о 19-вековой актрисе, с Валерией Бруни-Тедески. Марио Мартоне завершил работу над «Fuori» — историей женщины и заключённых в тюремной библиотеке. Из Испании в списках — Карла Симон с «Ромерией», а также Оливер Лаксе с «Сиратом» о семье, ищущей дочь на рейве в Марокко.

Из Латинской Америки — сразу несколько вероятных претендентов. «Тайный агент» Клебера Мендонсы Фильо, «Золотые яйца» Лиллы Халлы, «Возвращение» Марселы Лучетты. Себастьян Лелио готов с феминистским мюзиклом «Волна», а Карим Айнуз снял «Обрезка роз» с Эль Фаннинг и Джейми Беллом.

Азия: страх, стиль и философия

Пак Чхан Ук почти завершил «Нет другого выбора» — комедийный триллер об одержимом соискателе. Би Ган снял «Воскрешение» — научно-фантастическую детективную историю с Джексоном И и Шу Ци. Цзя Чжанке, возможно, успеет с новым проектом — как всегда, немногословным и тяжёлым.

От Японии ожидаются «Бледный пейзаж холмов» Кей Исикавы по Казуо Исигуру, «Любовь под судом» Коудзи Фукады и «Ренуар» Чие Хаякавы — история девочки и умирающего отца. Южная Корея также на подходе: На Хон Чжин снял «Надежду», англоязычный фантастический триллер с Майклом Фассбендером и Алисией Викандер.

«Бледный пейзаж холмов»

Что мы на самом деле ждём

Каждый год в Каннах пытаются примирить несовместимое: громкие имена и хрупкие дебюты, кино ради смысла и кино ради жеста. И каждый год — всё равно что-то выходит за рамки. В этом году особенно ясно чувствуется, что жанры перепутались: хоррор снимают как трагедию, биографии — как трип, а комедии — как паническую атаку.

Это может быть год без одного очевидного триумфатора — но с десятками фильмов, которые будут болеть внутри. И если отбор действительно пойдёт по этому пути — нас ждёт не витрина, а очень точно выстроенная эмоциональная структура. Такая, где всё совпадает: и кто снял, и зачем снял, и что ты чувствуешь, когда уходишь с показа — не с восторгом, а с осадком. Именно это и делает Канны Каннами.

Больше на She Wrote

Оформите подписку, чтобы продолжить чтение и получить доступ к полному архиву.

Читать дальше